Форум Библиотеки Александрит

Глава первая
Есть что-то мистическое в зрелище пробуждения больших городов. Ранним утром по улицам лениво плывет туман, и никого нет, но осознание того, что уже через пару часов здесь будут метаться сотни человеческих стремлений, будут кипеть тысячи обычных людских дел, витать мириады ярких идей, каждая из которых — тоже мир, придает туману осмысленность, и кажется, что это он дает всему этому жизнь, что уже сейчас, в игре солнечных лучей, попадающих в серое марево, рождается движение, то, имя которому — жизнь...
Ну и кто сказал, что таксисты не поэты? Я поежился и полез в машину греться. Старенький «ниссан» — это с одной стороны не «бэнтли», но и не «москвич». Нормальная печка — это то, что отличает уютное продолжение дома от простого средства передвижения. Хвала создателям «ниссана», здесь была нормальная печка.
Я проснулся ночью, часа в четыре, от какого-то липкого кошмара(из тех, что забываются по пробуждении), и за неимением жены, которой можно было бы пожаловаться, не придумал ничего лучше, чем пойти на работу. Верочка — диспетчер — такому подспорью обрадовалась несказанно, и на радостях флиртовала с удвоенным азартом, несколько не смущаясь тем, что по рации львиная доля ее женского обаяния проходит втуне. Впрочем она почти со всеми так флиртует... Может это такая диспетчерская традиция? Кто знает! За два половиной часа никого, считай, и не было. Была пара молодая, с автовокзала. Сонные, молчаливые, доехали да расплатились. Впрочем, утром всегда так. Сонно...
Тук. Тук тук тук. Тук. Надо же, заснул! Когда из дремы тебя вырывает такой вот стук — это тоже романтика. Только жесткая... Стучавшим был молодой человек (лет двадцать-двадцать пять) с крайне приметной внешностью. Двуликой, я бы сказал. Если не смотреть на одежду — бомж (спутанные, очень, очень давно не чесаные волосы, такая же борода, обломанные (обгрызенные?..) ногти ). Если не смотреть на лицо, какой — нибудь зажиточный служащий какой — нибудь уважающей себя фирмы(на безупречном костюме присутствует даже такая малознакомая для большинства вещь, как запонка для галстука). Все малознакомое — опасно, и я уже думал рвануть с места(никто ведь не знает, как выглядят серийные маньяки, но если верить американскому кинематографу — именно так), а потом увидел глаза, и рывком открыл дверь... Ведь только дураки думают, что работа водителя - это только возить людей. Такие тоже есть, но их меньшинство, и их не очень любят. Жена, уезжающая от мужа, парень, который покидает Россию навсегда, девушка, возвращающаяся с похорон отца; таксист, человек, который, с одной стороны может выслушать и дать совет, а с другой-которого ты никогда скорее всего больше не увидишь, нужен. Крутить баранку с осознанием, что тебя заменит любой компьютер — муторно. А так — вроде ничего, стоишь у людских судеб и ждешь, когда к тебе подойдет еще один человек с болью в глазах... Таких как этот, например.
Плохие у него были глаза. Жесткие. И жалкие одновременно, просящие. Что ж с тобой сделали, парень, что ты так стал смотреть на мир...
Неожиданный попутчик тем временем сел на соседнее кресло и затих. Хорошо хоть пристегнулся, а то сейчас об этом говорить — верх глупости и неуважения к чужому горю. Как и спрашивать куда мы, собственно, едем. Потом, все потом. А пока я неторопливо начал разворачиваться, и плавно повел машину вдоль улицы.
Это подло! - вдруг тонко закричал парень, и начал рыдать. Глаза у него были сумасшедшие, и мне вдруг опять стало страшно.
Пять лет... Ха! Пять лет, они сказали... Игра! Я убивал! Много, финальной смертью... Понимаешь? - он жадно вцепился мне в рукав, заставив машину вильнуть — куда тебе, вы все не понимаете, кто не играл, тот не поймет... Это не игра! Черт... Красный Квадрат мудр... Видит все... Меня сломали, видишь!.. Как оловянного солдатика... сломали... поиграли, и бросили... сломанного... Кому я нужен! Я себе не нужен, веришь? - служащий-бомж вдруг как то успокоился, потускнел и сник. Некоторое время ехали в молчании. У меня в голове все спуталось от противоречивых мыслей, парень тоже молчал.
В таком молчании доехали до конца улицы.
Хочешь, покажу фокус? - каким-то деревянным голосом спросил парень
Ну, давай — неуверенно отозвался я
Все, что произошло далее, произошло настолько быстро, что память просто не успевала фиксировать происходящее, сохраняя очень много очень ярких лоскутков.
Началось все с того, что неудавшийся пассажир нанес левой рукой размашистый удар по кадыку, одновременно отстегивая правой мой ремень безопасности. От резкой боли в горле было невозможно дышать. Далее в четыре движения он стянул мне руки(после удара я попытался схватиться за горло), защелкнул замок ремня. Дальнейшее помнится и вовсе смутно. Помню, как проносились мимо автобуса. Смутно помню, как влетали в проем станции метро. Еще помню, правда плохо, момент удара о поворот туннеля. И уже совсем не помню, как на нас летел сверху автобус.
Глава вторая
Следователь, про себя я решил называть его так, сидел напротив и улыбался. Да-да, улыбался мне эдакой доброжелательной улыбкой. Надо сказать, за последние три недели со мной никто не разговаривал. Лечили — да. Кормили — да. Но на все мои попытки заговорить никто не реагировал. Так что любому разговору я был рад, пусть даже моим собеседником будет следователь.
-Давай сразу проясним ситуацию, что бы между нами не было... непонимания.
Голос у него был неприятный, сухой, требовательный.
-Ты, на полной скорости, вылетел с большой Ордынки, подрезал автобус, и лишь после этого ухнул в метро. Двух человек ты сбил в туннеле. В автобусе — а это был детский автобус — погибло еще восемь человек. Детей. По нашим законам тебе меньше пятнадцати не светит, можешь поверить. Но! - он усмехнулся — еще два детских трупика принадлежат, прости, принадлежали гражданам США. А ты водитель. И разговор здесь не про твою совесть...
-Какая, к черту, совесть?! - вне себя от такого поворота дел заорал я- Я подобрал душевнобольного, и он выкрутил баранку...
-Заткнись — он поморщился — и не перебивай. Труп твоего попутчика мы отскребли раньше скорой и раньше милиции, а никто из свидетелей на такой скорости ничего точно не скажет. Так что следователю, когда ты будешь говорить с ним... чего ты вылупился? Я не следователь, я скорее рекламный агент, гм... от науки. Итак, на чем мы остановились? Ах, да, разговор здесь не про твою совесть. Здесь сейчас разговор про твою судьбу. Здесь — контракт сроком на пять лет. Если подпишешь — пять лет работаешь на нас, затем гуляешь. Если нет, я ухожу, приходит следователь, происходит крайне содержательная беседа, тебя показательно судят, ты сидишь. Срок на изучение документа — три дня...
-Вы меня не отпустите... -сказал, и не узнал свой голос, так хрипло он звучал- я ведь все расскажу. Или выпустите, но без крыши...
-Ты будешь смеяться, но наша деятельность контролируется ООН. По истечении срока действия контракта с тобой поговорит инспектор от Организации с целью узнать все о возможных нарушениях контракта с нашей стороны... А что до — как ты выразился, душевнобольного? — то у него с была нестабильная психика еще до нас, и до подписания контракта он был об этом извещен. Шантажист, что с него взять?
-Наверное, он такой же шантажист, как я убийца...
-Нет, это был настоящий шантажист, можешь мне поверить... Еще вопросы есть, а то мне пора.
-Я понял правила игры. Вы, сами, честно, можете мне объяснить в чем суть контракта?
-Отчего же, могу. Тебя на пять лет закатывают в большую высокотехничную консервную банку, но ты этого не чувствуешь, потому что твое сознание подключено к одной большой игре, где ты развлекаешь тех кто платит... В игре находятся несколько сотен тысяч таких как ты, и несколько сотен игроков. И все друг друга стреляют... Что еще? За. Вместо вкушения всех радостей статуса «Убийца детей» на зоне ты получаешь то, за что другие платят. По истечении срока ты получаешь тысячу долларов с копейками плюс по сто баксов за каждого убитого тобой игрока... Против — тебя могут убить. По-настоящему. Это мало вероятно, но — бывает. Вот, собственно, и все. Ну что, ответишь сейчас?
-Ну ты и сволочь. Значит, ты понимаешь, что перед тобой сидит невиновный человек, и готовишь ему такую... игру?
Не-следователь опять поморщился.
-Циник. Не сволочь, циник. А помочь тебе я не могу, вернее могу и помогаю, как могу — он опять усмехнулся — свои пять лет я прошел. Не улыбайся. Этот контракт так составлен, что слова «тебя могут убить» ты там за три дня точно не найдешь. Если кто узнает, что я тебе это сказал заранее, меня уволят. Ну так даешь ответ?
-Да. Я согласен.
Глава третья.
Белое марево и боль... Боль... Дымка... или пустота... не то. Кто я... я... Встать! Надо встать и идти... хотя зачем? Воля... моя... моя? Случая... потерялась... Бум! Забавно! Ушей нет, а звук есть... Бум-бум. Как стук сердца... немножко перца... хи-хи! Рифма... смешно. Бум-бум. Слышу громче...
Голос! Женский... девичий. Не разобрать, далеко. Жаль... Словно в ответ, голос стал звучать громче, но разобрать слова было сложно. Как будто слова уносит ветер. Но пение помогало не соскальзывать с мысли, в белом мареве без верха и низа можно было за него цепляться. Бум-бум. ...Много в мире мест... бум! Что ни тропа... то крест... Бум! ...много в мире троп... бум-бум... что ни тропа, то гроб... Бум-бум! Все имеет на свете свой вес...
И выбор за тобой!
Но если ты хочешь чудес
Не дорожи головой...
Сердце затихнет,
Померкнет свет.
И человека
В живых уж и нет.
Дыхание Смерти
На человека пахнет.
И еще один грешник
Прямо В Ад упадет.
Мог раньше ты много,
Дорог разных пройти,
Только от гибели
Здесь сложно уйти...
Что-то изменилось! Нет, по голове все так же огромным молотом била кровь, но... Кровь! Я ее чувствую! А еще марево вверху стало светлее... Верх! Пение, меж тем сменило тональность и потеряло темп, будто поющий задумался; И с каждой фразой мир вокруг обретал яркость, становился четче, как во время настройки старого телевизора...
Я знаю, наверное
ты... - Скалы и облака... Силуэт человека в странной позе метрах в пяти.
Видал на снегу
Цветы — Стали возвращаться краски. Небо кроваво-красное, скалы и облака черные. То существо, которое я поначалу принял за человека, имело рога.
Только от гибели
Тебе не уйти...
Удар! Такое впечатление, будто мою блуждающую неизвестно где душу поймали, помяли в гигантских руках, как кусок теста, и бросили в тело, как на противень, небрежно и с размаху. Вместе с этим боль достигла, наконец, своего апогея, и меня вырвало. Сразу стало легче. Я себя осознавал! Осознавал лежащим на прямоугольном камне, вроде жертвенника, осознавал свое избитое и болящее тело и очень хорошо осознавал, что в большее дерьмо, чем сейчас мне влипать еще не приходилось за всю свою длинную и скучную жизнь...
Тем временем обладателю рогов, видимо, надоело просто пялиться в небо(ноги у него гнулись назад, на манер козлиных... по-этому то поза его мне вначале странной и показалась.), и, предварительно как следует вдохнув, заорал:
Ко мне в штаны улюлюсик залез!
Аааааа, ехаааан палыыч!
Барахтался долго, а после исчез.
Тыыы нааааас не бойся!
Голос у него был знатный... Вот никогда не верил, что можно голосом разбить стекло... Стекло, может и нельзя, но голову обладая таким мощным басом, можно точно. А певец, меж тем, явно собрался продолжить... Ну уж нет! И, стараясь успеть до нового куплета, я произнес:
-Сделай милость, заткни рожу свою поганую... И без тебя тошно...
Козлоногий медленно обернулся (до этого он стоял спиной), смерил меня оценивающим взглядом, и, неожиданно, улыбнулся.
-Здесь эхо просто очень хорошее, нигде такого больше нету.
Мой первый знакомец здесь, имел вид странный (если можно так сказать про того, кто обладал одновременно рогами, копытами и речью), если не сказать чудной. А именно, под толстыми и короткими витыми бараньими рогами было доброе и грубое лицо, все тело (кроме лица) покрывала густая рыжая шерсть. Кожаные перчатки с обрезанными пальцами, кожаная же жилетка. На шее висело странное ожерелье из шести красных квадратиков. Особый колорит добавляла набедренная повязка, крепящаяся на патронташ вместо пояса. Тоже, соответственно, кожаного.
-Добро пожаловать в реальный мир, паря. -Рогоносец наконец перестал улыбаться, и нагнулся ко мне- слушай внимательно и не перебивай, времени в обрез...
-Ты кто? -я никак не мог прийти в себя. Попробуйте поговорить с козлом — поймете- чего тебе от меня нужно?
-Похмельный демон. А нужно мне что бы ты заткнулся и не перебивал. Половина всех неудачников, попавших сюда, подыхает в первые три дня потому что ни хрена не понимает...
-Я ни хрена не понимаю. С чего бы я тебе вдруг поверил?
-Гы... А больше некому тебе верить. Меня послал к тебе тот парень, который тебя вербовал, так что заткнись и слушай... Мы сейчас в предбаннике, он нужен для того, что бы игроки и... игрушки освоились перед игрой... После появления сдесь нашему брату дается двадцать минут, что бы жопу почесать да затылок потереть... Затем тебя отправят на арену свидится с новичком-игрочком. Мой совет, парень, лови пулю сразу.
-То есть?! -такого поворота я никак не ожидал- Как сразу?
-Не ссы, паря -мой собеседник гоготнул- здеся ты бессмертен. На фига им свою игрушку сразу то ломать? Так что, если не хочешь в своей крови ползать, лови пулю... Как тебя завалят, сразу попадаешь сюда, уже зашитым да залатанным. Через двадцать минут все повторяется. И так до тех пор, пока, твое место -он мотнул головой в сторону жертвенника- не понадобится очередному бедолаге... который сюда попадет. Ты же летишь как на крыльях в Святилище...
-Здесь во что-то верят?
-Э, паря, не торопись. Здесь все верят в красный квадрат... Кстати, не трепись особо по этому поводу. Может, им на сам квадрат и насрать в три жопы, но как повод тебя на сейвы развести — вполне прокатит... Но главное, помни...
Что я должен помнить, я так и не узнал. Чудное ожерелье на шее козлоногого вдруг замерцало всеми оттенками красного, заметив это, он осекся, сделал пару шагов назад, и посмотрел на меня.
-Ну парень, держись... И лови пулю. Лови пулю сразу...
Последнее слово я услышал уже не полностью, звук как будто выключили. Одновременно вместе с этим пространство между мной и рогоносцем сначала наполнилось маревом, затем подернулось рябью, и, дрогнув, неуловимо изменилось. Нет, я по прежнему видел своего рогатого знакомца, горы и небо, но все это стало не реальным, словно нарисованным, двухмерным. Ново сотворенная преграда, еще раз дернулась и поползла ко мне, с каждой секундой набирая скорость. Я отшатнулся, пытаясь убежать, но почти сразу ощутил толчок и упал. Метров через пятьдесят стена резко остановилась, еще метра три меня проволокло по инерции. И упал я прямо к ногам Арнольда Шварцнегерра. Серьезно. Молодого, еще не успевшего потолстеть, с перевязью патронов через плечо. Даже кожа блестит, будто только что из фильма...
А еще у него была двухстволка. И направлена она была в меня. Что там это парнокопытное говорило? Пулю ловить? Вот сам бы и ловил. В полете. Раз такой умный, то взял бы...
Додумать мне не пришлось, ибо звезда американского кинематографа устала, видимо, играть в гляделки и приступила к тому, ради чего здесь оказалась. Ударом ноги положив меня на спину (после полета я приземлился на живот и пытался подняться), он приставил дуло к моему колену и выстрелил.
Это не описать! Зрение, слух, все чувства отступили что бы дать место боли... Ыый... Козел... Был прав... Уж лучше... пулю... ловить... чем так...
меж тем экс-терминатор не спеша перезарядил ружье, и начал целиться в локоть... Ну уж нет, гнида! Что есть силы я рванулся вперед, схватил обеими руками ствол, и толкнул от себя. Хлопнуло, и перед тем, как все померкло, я еще успел увидеть удивленную рожу падающего соперника...
+++
-Дебил!!! Нет, запал конечно хороший, но мозгов тебе, видно, уже не хватило... - первые слова которые мне пришлось услышать - Ну это надо же!
-Да в чем дело-то? -я лихорадочно себя ощупывал- Можешь толком объяснить?
-Гы... Слегонца. Во первых, ты глазки ему строил секунды три. Дурак. Был прямо под ногами, и ничего не делал. Во вторых. Бердан на него толкнуть, это типа такой гениальный замысел? Ясно же, что курок нажать, это у человека самая первая реакция... На будущее, если оно у тебя будет, уводи дуло себе в подмышку, смещайся в бок... Да хоть прыгай! Но нельзя же недоумком таким быть...
-Да не ори ты! В чем дело то? - грудная клетка цела... хотя и болит. Чудно...
-Трижды дурак. Ты свое время здесь ополовинил! Мне теперь не рассказать тебе ничего! Он же сейчас явиться во всеоружии и друзей позовет... А, ладно -он махнул рукой- слушай дальше. В святилище тебе дадут от пяти до дести таких вот хреновин -жест в сторону квадратиков на шее- это сэйвы. Если подыхаешь, один такой вот квадратик с твоих бус исчезает, ты снова появляешься живым и здоровым. Одновременно это валюта, никому ее не давай... Затем тебя отправляют в портал, какой — мы не знаем... Потому, как там появишься, первым делом ищи терминал связи, и шли сообщение игроку S.S. В сообщении обязательно укажи номер портала, он там везде написан... В помещении портала тебя никто не тронет, но находиться ты там можешь только час... За это время тебе надо приобрести инвентарь... В оружии разбираешься?
-Д-да... Нет... Не знаю!
-Понятно... Бери М-16, два комплекта к нему... Защиту «Полисмен», прибор ночного видения там уже есть... Маяк тоже! Его активизируй, опять же, для игрока S.S.. Если кто будет приставать, говори сразу «я с эсэсовцем», все его знают, и скорее всего не тронут...
-А я с ним? -мне все это все-таки очень не нравилось... стремно как то- если все его знают да бояться?
-А вот тут парень решай сам... Верить или не верить ты можешь только на слово. Игрок S.S. - это тот, кто давал тебе этот гребаный контракт... Кто мы такие, скажу позже, если будет время. Обещаю, как только захочешь — уйдешь. Скажешь мне сейчас уйти — уйду. Но лучше дослушай... Как только твой час истечет, сразу иди в мед отдел — выход туда есть сразу из основного зала — и заказывай модификацию «Инферно». Вреда не будет, модификация длительная, медицинские отделы красного квадрата охраняются... Если не хватит валюты — задвигай сейв... Без этого сейв потеряешь точно, а так — со снаряжением — может и протянешь... Что еще? Роботов с изображением красного квадрата не тронь, даже если они тебя будут резать... Что вряд ли, конечно. Порталы есть на семи ярусах, и где тебя выкинет, хрен знает... так что запомни — тебе нужны ярусы со второго по четвертый, если попадешь выше или ниже, то иди на них и только потом ныкайся. И жди... Ух! -козлочеловек облегченно вздохнул- успел, хвала квадрату! Вот теперь можешь задавать вопросы... Если есть они конечно...
А они были! Но их было столько, что в голове все мешалось да путалось... Сумбур, короче, полный. По этому я не стал терять время и начал спрашивать о том, что вертелось перед глазами в данный момент.
-Как тебя зовут?
-Рас
-Что такое модификация?
-Контролируемое изменение организма.
-Как рога?
-Примерно. Только это не рога.
-А что же тогда?
-Модификация «Психея», органойд, позволяющий излучать, поглощать и контролировать нейро-излучение... -Рас неожиданно замялся- можно было, конечно, его в горб спрятать... Так что рога, поверь, я берегу похлеще головы.
-Погоди... -в меня закрались сомнения- А модификация «Инферно» это что?
-Да не страхуй ты так... Внешне вообще ничего не заметишь... О, паря, тебя зовут!
Действительно, спустя какую-то секунду все кубики у него на шее замерцали веселенькими малиновыми да зловещими багровыми отсветами... Дудки! Кататься больше не намерен! Не дожидаясь появления призрачной преграды, я развернулся и что было сил рванул вперед. Десять шагов. Уже на одиннадцатом в спину ударил ток воздуха, я подпрыгнул, и стена мягко подхватила меня. В прыжке! Получилось! Впрочем, радоваться пришлось не долго, прыжок, хоть и затянувшийся, все равно прыжок. И как и все прыжки, этот тоже закончился приземлением; а в попытке оттолкнуться второй раз меня и нагнала стена, так что на арену я появился так же как и в первый раз.
-Здорово, мусор.
Ну гнида, давай сюда свою пулю! Или я тебе ее запихну вместе с рукой по самый локоть... Выплевывая песок изо рта, я резво вскочил на ноги, уставился на своего соперника... и замер. Во первых, это была соперница. А во вторых, все мое желание «поймать пулю» уперлось (вместе с взглядом) в две длинные сабли у нее в руках...
Еще не зная толком,что буду делать, я рванулся вперед. Девушка-игрок усмехнулась, сделала шаг в сторону — взмах — и я остался без руки...
-Это ты тот кабан, любитель дроби? -еще взмах!- еще рука...
-Одно тупое упрямство... -это была очередь ноги.
-Ни ума, ни воли... -вторая ступня полетела ко всем чертям.
-Тряпка... -она отошла на два шага и принялась с брезгливым любопытством разглядывать, как я катаюсь и мычу от боли...
+++
-Тряпка... -Рогатый Рас стоял в двух шагах от «жертвенника», и созерцал меня почти с тем же выражением, что и давешняя девушка-садистка- одно тупое упрямство... Ты о чем думал, когда под ее катаны лез?
Утешитель, блин. Но как же все таки больно! Хотя и руки и ноги на месте... Плохо штопают?
-Что за катаны такие? -боль была, а ран не было, во всяком случае я ничего на них похожего не видел.
-А что это по-твоему, сабли? -заметив мои медицинские изыскания, Рас понимающе хмыкнул- болят? Не бойся все в порядке, скоро и не вспомнишь... Фантомные боли — слыхал о таких? Всевышний когда тебя создавал, не предусмотрел, гы, возможность воскрешения... И вообще, если бы господь это видел! Да из нас творцы...
-Что такое красный квадрат? -наконец-то я нашел правильный вопрос. Козлоногий услышав мой вопрос, закашлялся. Разве что не перекрестился... Что же его так напугало?
-Эвон, как ты вопросы ставишь, паря... Знаешь что, я это, тупой исполнитель, гы... Спроси у Сахарка, он знает. А пока считай его реальным божеством местного значения... всесильным. Целее будешь...
-Ты сказал, что для меня только ярусы со второго и по четвертый. Что за ярусы и почему остальные мне не годятся?
-Лабиринт это подземное сооружение. На поверхности и первых двух ярусах носятся всякие новоприбывшие придурки толпами. Дальше пятого сидят игроки по круче да по опытнее... И там и там тебя прихлопнут, скорее всего, сразу...
-Понятно. Ты говорил о роботах с красным квадратом...
Договорить я не успел. Но теперь красные блики вызвали у меня не страх, и не непонимание, а злость. К тому же была одна идейка... Два шага назад, разворот. Пять шагов бегом, прыжок. Стена подхватывает меня, и я лечу. Вначале вверх, момент равновесия, вниз... Толчок от стены, вперед, толчок об землю, шаг, прыжок. Получилось!
Она стояла посреди арены и ждала меня. Та же самая амазонка-маньяк... Эх ты, кабы не гонор да не садистские наклонности твои, была бы милой девушкой... На арену я буквально вылетел. Прямо в центр. Прямо на нее. От неожиданности она, видимо, растерялась, и мой удар слету ногой в лицо застал ее врасплох. Красивый был удар... хоть и не честный. Вот скотский мир!
Во мне прямо таки бурлило эдакое веселое бешенство. Ну что, ты, тряпка! «Ни ума, не воли»... тфу! Хоть бы катаны эти свои держала крепче... Дура. Забыл спросить у моего рогатого друга, чувствуют ли игроки боль... а вот проверим! Подхватив оружие, я подбежал к пытающейся подняться стерве и одним ударом раскроил ее непутевую голову...
И что дальше?... Я стоял посреди арены рядом с трупом. Интересно, а от меня трупы оставались? Надо будет не забыть спросить потом...
Что-то вдруг тренькнуло, сверкнуло, и прямо передо мной появился новый игрок... Скотство... Вот опять я с какой-то идиотской катаной против закованного в металлический скафандр и снабженного станковым пулеметом человека... Одно утешение, умер я быстро.