Форум Библиотеки Александрит

Отчасти роман о приключениях американского археолога Мартина Пэдуэя, который из Италии времен Муссолини перенесся во времена готского владычества, навеян классической хронооперой Марка Твена. Однако по сути это уже настоящая альтернативная история, хоть и решенная в ироническом ключе. В отличие от героя Твена, Пэдуэю удалось повернуть колесо Истории в иную сторону. Прогресс восторжествовал — Тьма так и не наступит?

Филип К. Дик «Человек в высоком замке»

Великолепный образчик серьезной и драматической альтернативной истории — без попытки состряпать легкую развлекательную авантюру. Дику удалось создать очень достоверный мир, где Германия и Япония выиграли Вторую мировую войну. Однако АИ автор не ограничился — у романа есть и метафизическая подоплека, связанная с любимой темой Дика о нереальности окружающей человека действительности. Вот откуда у «Матрицы» ноги растут!

Андрей Валентинов «Око Силы»

Сам термин «криптоистория» появился благодаря творчеству Валентинова — конкретно циклу «Око Силы» (впрочем, на Западе направление «тайной истории» существовало давно). Цикл — масштабное, хоть и несколько наивное полотно, где с иных ракурсов рассматривается наша история на протяжении многих десятилетий. Оказывается, любимые вожди советского народа были... тссс... черт-знает-кто! И вообще, все не то, чем кажется!

Кэтрин Куртц, цикл о Дерини

Самая проработанная и детализированная фэнтезийная псевдоисторическая эпопея с особым упором на теологические и нравственно-психологические проблемы. Куртц даже написала несколько «исторических» трудов о различных аспектах жизни дерини — людей, одаренных паранормальными способностями. Однако повышенное внимание автора к стилизации текста под тяжеловесную староанглийскую литературу не позволило циклу обрести массовую популярность.

Вера Камша «Хроники Арции»

Первые романы цикла — громоздкое и неуклюжее подражание Перумову. Однако, начиная с третьего тома, Камша сменила вектор в сторону псевдоисторической фантазии, взяв за основу период английской Войны Роз и творчество Джорджа Мартина. И цикл зажил заново, благодаря галерее ярко прописанных персонажей. Ныне Вера Камша — один из немногих отечественных авторов, сочиняющих книги на уровне лучших мировых образцов.

Сюзанна Кларк «Джонатан Стрендж и мистер Норрелл»

Кларк нарисовала удивительно достоверный образ магической Англии начала 19 века. Книгу можно с полным правом назвать исторической — вот только история здесь подразумевается не реальная, а «литературная». Фактически, роман — идеальная стилизация под английскую классическую литературу. Как будто Кларк не сочинила его сама, а получила рукопись прямиком из параллельного мира, где все эти события происходили в действительности.

Эпическое фэнтези

Джон Р. Р. Толкин «Властелин Колец»

«Библия» современного фэнтези, соединяющая приключенческий роман, аллегорическую притчу, лингвистико-мифотворческий эпос, философско-морализаторскую фантазию. Поначалу Толкин сочинял сказку для своих детей, которую затем опубликовал под названием «Хоббит» (1937). Работа над продолжением затянулась почти на 20 лет, принеся весьма неожиданный результат. Эпигоны до сих пор используют наработки Толкина для многочисленных эпопей.

Урсула Ле Гуин, цикл о Земноморье

Серия романов и рассказов, объединенных магическим миром Земноморья, хотя основная часть славы цикла приходится на трилогию о волшебнике Геде. Большое внимание уделено внутренним переживаниям героев. Тщательно описанная автором магия напоминает альтернативную науку. Наряду с «Хрониками Амбера» Роджера Желязны трилогия о Геде оказалась среди главных фэнтезийных книг «новой волны».

Терри Брукс «Меч Шаннары»

Заслуга этого заурядного романа — в массовой популяризации фэнтези. До того большим тиражом издавался лишь Толкин, да и то он котировался как специфический автор для «продвинутых» читателей. «Меч Шаннары» — первое фэнтези современного автора, вошедшее в список бестселлеров газеты New York Times и продержавшееся там около полугода. Без успеха этой книги в англоязычной фантастике не было бы фэнтезийного бума.

Джордж Мартин «Песнь льда и пламени»

Новый канон эпопеи — не зря у Мартина объявилось так много последователей. Считается, что на создание «Песни» автора вдохновила война Роз, однако то же самое можно сказать о любой другой войне: писателя интересуют не военные действия, а мораль и психология «времен негодяев». Толкин опирался на мифологическо-литературные источники, Мартин же берет за основу настоящую жизнь со всеми ее полутонами. Итог — масштабное фэнтезийное полотно, выглядящее как реальная история.

Анджей Сапковский «Ведьмак»

Стартовую книгу рассказов о Ведьмаке можно счесть основоположником славянского героического фэнтези. Правда, польский писатель создавал свои рассказы, используя приемы иронического постмодернизма, что выделило их из однотипной массы фэнтезийных боевиков. В последующих книгах цикла Сапковский нарисовал удивительно достоверный магический мир, населенный нетрадиционными героями, которые участвуют в эпических событиях.

Ник Перумов, цикл об Упорядоченном

«Кольцо Тьмы» — подражание и одновременно несколько наивная попытка полемики с Толкином — стало первой фэнтезийной эпопеей в истории отечественной фантастики. Затем Перумов создал еще несколько циклов, связав их между собой единой вселенной Упорядоченного, подчиненной общим законам Равновесия. Хотя творчество Перумова не свободно от серьезных недостатков, его влияние на развитие русского фэнтези неоспоримо.

Героическое и приключенческое фэнтези

Роберт Говард, цикл о Конане

Эталон героического фэнтези. Говард написал лишь два десятка рассказов и небольшой роман, но путь Конана-варвара продолжается до сих пор. Схожие рассказы о фэнтезийных суперменах сочиняли и другие авторы, однако Говард оказался наиболее талантливым, создав не просто непобедимого героя, но и яркий «доисторический» мир. Несмотря на раннюю смерть, он оставил массу черновиков, которые с толком использовал Лайон Спрэг де Камп, возродивший легенду о Конане.

Фриц Лейбер, цикл о Фафхрде и Сером Мышелове

Лейбер придумал сам термин «героическое фэнтези», но вклад его этим не ограничивается. Цикл о двух отважных авантюристах — северном варваре-богатыре Фафхрде и ловком выходце из городских трущоб Сером Мышелове — вовсе не клон Конана. Лейбер далеко отошел от канонов кровавой героики, создав произведение, наполненное иронией, тщательно разработанными характерами персонажей, литературной игрой с традиционными мифологическими архетипами.

Роджер Желязны «Хроники Амбера»

Сочетание приключенческой НФ и мифологического фэнтези с сильным привкусом философии и эзотерики. Базовую идею о центре мироздания, его бесчисленных Отражениях и правящей там семье, опутанной сетью интриг, Желязны позаимствовал из цикла Фармера «Многоярусный мир». Но отсылки к мифологии и литературе, создание психологически достоверных персонажей, превратили «Хроники Амбер» в нечто гораздо большее, нежели увлекательная авантюра.

Маргарет Уэйс, Трэйси Хикмэн «Сага о Копье»

Наглядное доказательство того, что книга, основанная на настольной игре, вполне может быть достойным чтением. «Сага о Копье» завоевала любовь многочисленных читателей по всему миру, подарив фэнтези образ одного из самых харизматичных магов — Рейстлина. К сожалению, со временем цикл погряз в бесконечных однообразных продолжениях, но оригинальная трилогия все еще остается эталоном игровой новеллизации.

Мария Семёнова «Волкодав»

Первой отечественной героикой на славянскую тему был роман Юрия Никитина «Трое из Леса», однако наибольший резонанс, массовую популярность и культовый статус приобрела все же начальная книга о Волкодаве из рода Серых Псов. Главные ее достоинства — качественный литературный язык и глубокая этнологичность, для чего автор щедро использовала свои немалые познания в области истории и традиций околославянских племен и народностей.

«Тёмная» фантастика

Говард Филлипс Лавкрафт, рассказы

В начале 20 века официальная наука утверждала, что жизнь на планете существует уже многие миллиарды лет, предполагая также, что за пределами Земли лежат неведомые космические пространства. Все эти бездны времен и расстояний пугали — и Лавкрафт сумел выразить эти страхи. Но, что важнее, писатель создал для своих произведений единый мифологический фон. Его повести, в должной пропорции смешивающие сказанное и скрытое, по сей день будоражат воображение читателей.

Энн Райс «Интервью с вампиром»

Роман, открывший очень популярную серию, ставшую эталоном «вампирской» фантастики. Райс с совершенно новой стороны взглянула на привычный образ кровососа-упыря — естественного врага человека. Вампиры в ее книгах — существа страдающие, они лишь зеркало, отображающее человеческие достоинства и недостатки. Роман положил начало океану схожих по тематике книг о рафинированных кровососущих эстетах.

Стивен Кинг «Кэрри»

Дебютный роман Кинга — не лучшая его книга. Он сам называет «Кэрри» ученической ерундой, и во многом прав. Однако именно этот роман: а) открыл миру будущего властелина ужасного жанра, б) заложил многие магистральные темы его творчества, в) оказался первым кирпичиком в арене провинциальной Америки, где разворачивается действие почти всех книг Кинга, и г) стал во многом новаторским, сделав упор на психологию героев «ужасных» историй.

Стивен Кинг «Тёмная башня»

Кинг считает цикл «Тёмная башня» вершиной и квинтэссенцией своего творчества. Ему не только удалось свести воедино образы и сюжеты многих своих книг, но и создать великолепный гибрид хоррора и классической фэнтезийной эпопеи, насыщенный многочисленными отсылками к мифологическим и историческим архетипам. К тому же, всегда уделяющий разработке характеров персонажей особое внимание, здесь Кинг просто превзошел себя.

Клайв Баркер «Книги крови»

Сплаттерпанк — очень много крови, которая брызжет живописными фонтанами, а насилие показано с кинематографической точностью и эстетской изощренностью. Баркер настолько талантлив, что самые кошмарные его придумки выглядят абсолютно реалистично. «Книги крови» гениальны, но читать их нервным, малолетним и беременным не рекомендуется. Короче, если хотите сохранить рассудок, держитесь подальше от Гримпенской трясины баркеровского таланта!

Мифологическая фантастика

Лорд Дансени «Боги Пеганы»

Задолго до появления «Властелина Колец» Эдвард Джон Мортон Дракс Планкетт, восемнадцатый барон Дансени, придумал страну Пегану и населил ее людьми, волшебными существами и богами. В его небольших рассказах не было ни явных аллегорических параллелей, ни литературных игр. Это волшебные истории в чистом виде, маленькие шедевры, которые повлияли на многих отцов-основателей жанра, от Лавкрафта до Толкина.

Теренс Хэнбери Уайт «Король былого и грядущего»

Самая знаменитая «артуриана», одна из наиболее значительных книг раннего фэнтези. Начальная повесть «Меч в камне» написана в традициях классической английской литературной сказки. Однако затем автор, используя в качестве основы книгу Томаса Мэлори «Смерть Артура», значительно усложнил свое произведение, привнеся в него элементы философского романа. Книга послужила основой знаменитого мюзикла «Камелот» и диснеевского мультфильма.

Мэрион Зиммер Брэдли «Туманы Авалона»

Хотя роман Брэдли и издавался у нас, особого внимания он не привлек. Между тем, это во многом этапная книга, в которой мифологичность артурианы сочетается с феминистическими идеями, а реалистично выписанное действие разворачивается на широком историческом фоне. Книга стала международным бестселлером, долгое время уступая на Западе по популярности только «Властелину Колец».

Роджер Желязны «Князь Света»

Необычная переработка классической мифологии. Герои — «как бы боги», на самом деле колонисты с Земли, которые, используя высокие технологии, играют в персонажей индуистского пантеона. Роман — одновременно увлекательный триллер и сложное метафорическое произведение о человеке, который переосмысливает свою жизнь и восстает против системы. Книгу, кстати, можно использовать как пособие для изучения индуизма.

Нил Гейман «Американские боги»

Бриллиант современной мифологической фантастики, написанный с использованием приемов психологического триллера, драмы и мистического романа. Боги нуждаются в пастве, без которых они — лишь блеклые тени минувших веков. И, кто бы что ни говорил, ныне люди по-прежнему верят — только их новые божества сменили окраску... Роман — глубокомысленная притча о природе веры и поисках самого себя.

* * *

Артур Конан Дойл «Затерянный мир»

Самый знаменитый вклад основоположника классического детектива в фантастику. Не то чтобы Дойл был первопроходцем в области «альтернативной географии», однако именно ему удалось придумать самую захватывающую историю о путешествии горстки смельчаков, которые нашли неизведанную землю, где чудом сохранились доисторические зверушки. Роман вызвал невероятную лавину подражаний, фактически превратившись в архетип, что бывает крайне редко.

Мервин Пик «Горменгаст»

Причудливая трилогия, решительно выламывающаяся из любых рамок и определений. Смесь Диккенса и Кафки, фантасмагория, гротеск, притча — и все это написано изысканным стилем. История гигантского замка и одного из его обитателей стала вехой в фантастической литературе. У Пика не было последователей, потому что он одновременно открыл и закрыл тему: можно позаимствовать в «Горменгасте» те или иные образы, однако стиль автора имитировать невозможно.

Филипп Хосе Фармер «Любовники»

Секс в фантастике долгое время был под негласным запретом. Первым, кто нарушил его, стал великий эпатажник Фармер. Его повесть «Любовники», позже переписанная в роман «Грех межзвездный», естественно, не порнография. Но затронутые автором проблемы инопланетной биологии и весьма необычного, если не сказать извращенного, секса были для НФ пятидесятых годов вещью абсолютно новаторской.

Пол Андерсон «Патруль Времени»

Серия Андерсона — приключенческая фантастика, но авантюра здесь не самоцель, а лишь средство задуматься над серьезными проблемами. Концепция специальной секретной службы, которая предотвращает несанкционированное вмешательство в ход истории, дабы избежать глобальной временной катастрофы, породила легион подражателей. Справедливости ради уточним: «полицию времени» придумал все же не Андерсон, а Бим Пайпер.

Майкл Муркок, цикл о Мультивселенной

Суперсерия, не имеющая аналогов в мировой фантастике. Муркок разработал концепцию Мультивселенной, где сосуществуют множество параллельных миров. Книги мегацикла написаны в разных жанрах — НФ, фэнтези, альтернативная история, даже реалистическая проза. Герои свободно мигрируют из романа в роман, в итоге образуя невероятное полифоническое полотно. Особенно значителен вклад Муркока в героическое фэнтези.

Филипп Хосе Фармер «Мир Реки»

Один из самых необычных фантастических миров, где на берегах гигантской Реки неведомые существа (инопланетяне, боги?) с непонятными целями воскресили всех людей, когда-либо живших на Земле. Ни больше — ни меньше! Особо пытливые воскрешенные отправляются в невероятное путешествие к истокам Реки за ответом: зачем все это? С одной стороны — оригинальная авантюрная фантастика, с другой — философская история поиска смысла жизни.

Михаил Булгаков «Мастер и Маргарита»

Многоплановый философский роман, который был напечатан через много лет после смерти автора, произведя эффект разорвавшейся бомбы. Книга долго считалась знаменем советской интеллигенции. Жанр трудно определить, однако ныне он замечательно вписывается в рамки современного «магического реализма» — искусственного направления, придуманного критиками для облагораживания «низменной» фантастики.

Габриэль Гарсиа Маркес «Сто лет одиночества»

Отнюдь не Маркес изобрел латиноамериканский магический реализм, однако именно он написал программный роман этого направления. История вымышленного города Макондо тесно переплетена с историей Колумбии, а во вполне реалистичный фон вплетены фантастические события. И все это — в насыщенном символикой и яркими образами романе, который с одинаковым удовольствием читают и заядлые фанаты, и ортодоксальные «реалисты».

Питер Бигль «Последний единорог»

Эпичность «Властелина Колец» сыграла с фэнтези злую шутку: многочисленные продолжатели ринулись копировать «букву», напрочь позабыв о «духе». Бигль влил новое вино в старые мехи: он создал камерную и хрупкую вещь, в которой как раз и присутствует настоящее волшебство. Живая и мудрая сказка поражает читателей в самое сердце вот уже сорок лет подряд. Недавно Бигль написал небольшую повесть-продолжение «Два сердца» — и магия не умерла!

Джин Вулф, цикл о Новом солнце

Гремучая смесь фэнтези, мистики, НФ и еще один-Вулф-ведает-чего заставляет читателей до сих пор спорить о смысле тех или иных событий тетралогии. Книга для интеллектуалов? Нет — Вулф умеет и любит выстраивать динамичный сюжет. Однако крепких сюжетников в фантастике пруд пруди, а людей, обладающих таким богатым воображением, единицы — за что Вулфа и ценим. Правда, последующие книги Брийской эпопеи порядком уступают начальному циклу.

Чарльз де Линт, цикл «Легенды Ньюфорда»

Самый внушительный цикл «повседневного фэнтези» — волшебных историй, действие которых происходит в современном мире. Среди многочисленных романов и рассказов нашлось место для разных литературных направлений: городская сказка, триллер, психологическая драма, любовная история. Некоторые книги де Линта выглядят излишне романтично, даже наивно. Впрочем, с каких пор духовная поэзия превратилась в порок?

Уильям Гибсон, Брюс Стерлинг «Машина различий»

«Отцы-основатели» киберпанка однажды решили позабавиться, написав своеобразную альтернативную историю, где англичанин Чарльз Бэббидж смог построить паровой «компьютер» еще в начале 19 века. При создании книги авторы использовали некоторые приметы киберпанка — немудрено, что их роман вскоре обрел ярлык «стимпанк», породив новое направление. А уж потом появился целый ворох других «панков». Неплохо пошутили...

Майкл Суэнвик «Дочь железного дракона»

Границы жанров для того и существуют, чтобы их стирать. Этот тезис не нов, однако мало кто совершал действительно революционные и успешные «попытки к бегству». В «Дочери...» Суэнвик сумел соединить, казалось бы, несоединимое: фэнтези и футурологический роман с элементами кибер- и стимпанка. Что еще важнее — такое соединение выглядит вполне естественным. Добавьте к этому увлекательный сюжет и изысканный стиль — и получите настоящий шедевр.

Роберт Шей, Роберт А. Уилсон «Иллюминатус!»

У нас цикл потерялся в волне последышей «Кода да Винчи». Между тем он считается самым значительным произведением фантастической конспирологии — его сравнивают даже с «Дюной»! Авторам удалось создать многомерный мир с большим количеством мастерски переплетенных сюжетных линий. Таинственное общество иллюминатов много веков осуществляет главный Заговор — впрочем, авторы довольно ироничны по отношению к массовой истерии на эту тему.

Сергей Лукьяненко, Владимир Васильев «Дозоры»

Гибрид городского фэнтези и детективного триллера, самая коммерчески успешная серия современной отечественной фантастики. В первых романах авторы ввели в повествование элементы психологической драмы, присутствовали и философские размышления на тему нравственного дуализма. «Дозорные» истории и их экранизация немало поспособствовали популяризации у нас фэнтези, хотя последние тома заметно уступают своим предшественникам.

Дэн Браун «Код да Винчи»

Реальная ценность романа Брауна невелика. Крепкий триллер на околоисторическую тему — обычная массовая развлекаловка с претензией на «интеллектуальность». И до Брауна подобных книг писалось в избытке. Но некое эфемерное Чудо позволило именно этой книге оказаться в нужном времени и месте, чтобы стать камнем, стронувшем лавину. Итог — легион подражаний и повальная мировая мода на опусы, разоблачающие тайны веков (особенно религиозные).

Авторы:
Петр Тюленев
Дмитрий Злотницкий
Владимир Пузий
Борис Невский

Большой Брат следит за Тобой!